Препятствий для внедрения IoT по Украине нет. Главное, чтобы был спрос — Александр Федиенко для AI Conference Kyiv Препятствий для внедрения IoT по Украине нет. Главное, чтобы был спрос — Александр Федиенко для AI Conference Kyiv

«Интернет вещей — это драйвер, оптимизирующий большие производственные процессы», — считает Александр Федиенко, глава правления Интернет-ассоциации Украины. В специальном интервью для AI Conference Kyiv эксперт рассказал о перспективах внедрения IoT в Украине, о модемах дистанционного снятия показаний и о том, почему он не верит в национальные сети LoRaWAN.

Александр Федиенко работал инженером на международном гражданском предприятии Global Ukraine, а также директором структурного подразделения Global Ukraine Radio. Участвовал в проекте по разработке единой информационной сети для Министерства юстиции Украины.

В 2005 году эксперт стал директором компании «ИМК», которая внедряет новейшие беспроводные технологии в Киеве и по области. Сегодня Александр занимает пост главы правления Интернет-ассоциации Украины.

Интервьюер: AI Conference (AC)

Спикер: Александр Федиенко (А. Ф.)

AC: Как вы считаете: какие изменения должны произойти в нормативно-законодательном поле, чтобы рынок с решениями LoRaWAN начал работать в Украине эффективно?

А. Ф.: Для начала нужно проследить на законодательном уровне, чтобы все счетчики бытовых услуг оборудовали модемами дистанционного снятия показаний. Сейчас, чтобы оцифровать данные с обычных счетчиков, нужно снять показания вручную. Потому по нашим квартирам ходят бабушки и дедушки, смотрят на эту информацию, записывают ее на каких-то бумажках, потом куда-то передают… В общем, это долгий процесс. Я даже слышал о том, что проверяющие ходят с биноклем (они же не имеют права заходить на чужую территорию), смотрят с него на газовый электросчетчик и затем записывают показания на бумагу. Это, конечно, нонсенс.

По закону сейчас украинские энерго-, водо- и газовые компании не обязаны заниматься этими вопросами, а потребитель — тем более. Но если бы все счетчики, занимающиеся учетом употребляемых ресурсов, были оборудованы дистанционными устройствами для снятия информации, компаниям бы удавалось очень динамично снимать показатели. Соответственно, полученная информация быстрее бы обрабатывалась без лишних трудо-финансовых затрат.

Все это в Украине реально сделать, но нужны две составляющие. Первая — драйвер, который будет посвящать время этому вопросу, а вторая — воля наших парламентариев, которые пропустят данную технологию через систему правок к законам.

Пока для коммерческого и распределительного узлов учета это не обязательная составляющая, но следовало бы над этим поработать. К примеру, если монтируется какой-то из этих узлов, они должны включаться в систему учета и иметь дистанционные устройства снятия информации.

Изучая опыт казахских коллег, где такой подход к учету коммунальных услуг работает уже более полутора лет, нужно отметить, что им помогло лобби со стороны ЖКХ. С использованием модемов дистанционного снятия оплата услуг становится прозрачной и понятной для всех участников. К тому же при такой системе воровать очень трудно, практически невозможно.


AC: Как вы считаете: сколько времени потребуется на внедрение технологий в работу коммунальных служб при принятии правок к закону?

А. Ф.: После принятия правок к закону следует внесение так называемых заключительных положений. Это законодательная процедура, при которой на доработку закона выделяется определенный промежуток времени: обычно не менее года. За этот период разрабатывается целая государственная программа, причем в нее должны быть подвязаны и местные бюджеты самоуправления, и бюджеты энергопоставляющих компаний. Нельзя все эти вещи перекладывать на конечного потребителя.

По сути, те же энергокомпании должны менять электросчетчик за свой счет — так прописано у нас в законе. Но по факту у нас потребитель оплачивает и замену счетчика, и сам счетчик. Я сам недавно проходил эту процедуру, и мне пришлось платить «Киевэнерго». Когда я по телефону отметил, что они должны были делать это бесплатно, мне сказали: «Значит, мы к вам не приедем». И положили трубку. Таким образом, отсутствие жесткого регуляторного механизма образовывает лазейку в системе, из-за которой страдают потребители.

Если бы мы внедрили регуляторные принципы, действующие в Казахстане, пользователи могли бы оплатить свои услуги за считанные минуты. В этой системе показания поступают на электросчетчики автоматически, а программа сама вносит показания в отчет, который находится в онлайн-кабинете пользователя с подвязанной банкинг-системой.

После того как вся информация прогрузилась и обработалась, у пользователя остается единственная задача — нажать кнопку «оплатить». Для этого не надо будет выходить из дома, заполнять квитанции, ездить в абонентские отделы энергокомпаний и стоять там в очередях.


AC: Что изменится в работе коммунальных служб с внедрением Интернета вещей?

А. Ф.: Интернет вещей — это драйвер, оптимизирующий большие производственные процессы. Он должен привести к увеличению скорости принятия решений, росту экономики, сокращению человеческих ошибок и т. д. На мой взгляд, с внедрением Интернета вещей работа коммунальных служб изменится к лучшему.

Первое, что привнесет IoT, — это открытость. Если построить систему учета употребляемых ресурсов на едином блокчейне, то и энергокомпания, и ЖКХ, и потребитель будут находится в едином информационно-финансовом поле. Таким образом потребитель будет видеть, что его деньги отправлены в ЖКХ, а энергокомпания будет видеть, что потребитель оплатил предоставленные услуги.

Второе преимущество использования IoT — это скорость проведения транзакций и снижение затрат на проведение этих операций. К тому же блокчейн сможет исключить из работы человеческие ошибки.


AC: Какие препятствия для внедрения IoT есть в Украине?

А. Ф.: Препятствий нет. IoT по Украине можно внедрять. Главное, чтобы был спрос. Но пока его нет. Скорее всего, ни наш бизнес, ни наши предприятия к этому не готовы морально. Они знают, что такое есть, понимают, что это интересно, но не могут почувствовать и понять, как потом это применить, какой это рост и экономический эффект даст на практике.

Иногда к нам приходят серьезные нефтяные корпорации. Для них сумма, необходимая для внедрения Интернета вещей, — это не деньги. Но они все равно думают, раскачиваются, и на самом деле понятно, почему. Когда произойдет процесс внедрения IoT в работу компании, им придется сократить огромный штат, а люди к этому не готовы.

Но это не только наша проблема. Интернет вещей — новое направление в целом как для Украины, так и для большей части мира.


AC: Можно ли назвать протокол LoRaWAN конкурентом для операторов мобильной связи?

А. Ф.: Как конкурента расценивать его нельзя. Я знаю кейсы у того же Orange (ред. — французская телекоммуникационная компания, один из ведущих мировых телекоммуникационных операторов): они используют так называемую технологию NB-IoT и тот же LoRaWAN параллельно. Ключевая разница между ними в том, что LoRaWAN можно использовать без лицензии на использование радиочастотного спектра, что существенно упрощает доступ на рынок.

У данной технологии, конечно, есть свои недостатки, как и у NB-IoT. Поэтому многие операторы эти две технологии используют в комплексе. Там, где нужны более-менее гарантированные услуги, используют мобильное приложение NB-IoT. Там, где требуется бюджетное решение, берут LoRaWAN.


AC: Как вы можете оценить рынок Интернета вещей в Украине в целом? В каких индустриях уже применяются технологии и как IoT уже успел изменить их работу?

А. Ф.: В теории рынок есть, но он в каком-то коматозно-зачаточном состоянии. Почему-то все кейсы, о которых я узнаю, делаются скрытно. Например, в том году «Одессагаз» установила несколько тысяч модемов для сбора показаний на газовые счетчики жителей частных домов. Можно ли назвать это развитием рынка IoT в Украине? Конечно. Но об этом почему-то нигде не написано, об этом никто ничего не говорит. Я сам узнал о данном кейсе случайно, от своих коллег.

Что касается национальных сетей LoRaWAN, — в них я не верю. У нас есть кому их строить, но я не уверен в успехе этого дела. Я считаю, что LoRaWAN — это решение, которое будет востребовано на локальных предприятиях, в промышленности, в небольших городах — там это будет нужно.

Но это только мое мнение. В некоторых странах (ред. — Южная Корея, Нидерланды) это решение используют на национальном уровне. Я знаю украинскую компанию, которая сможет построить национальную сеть LoRaWAN, но когда это случится, — неизвестно.


AC: Чему будет посвящен ваш доклад на AI Conference Kyiv?

А. Ф.: Мой доклад посвящен Интернету вещей: технологиям, на которых он строится, что эти технологии дадут Украине и где это можно эффективно использовать.

Похожие новости